Проект кафедры истории медицины Московского государственного медико-стоматологического университета им. А.И. Евдокимова

Балалыкин Дмитрий Алексеевич профессор, доктор медицинских наук, доктор исторических наук, зав. кафедрой истории медицины и истории Отечества Первого МГМУ им. И.М. Сеченова
Авторы статьи: Д.А. Балалыкин, П.М. Богопольский Сложность, многоэтапность и ненадежность разработанных в начале ХХ века операций кожной, кишечной и комбинированной кишечно-кожной эзофагопластики, большое число послеоперационных осложнений и высокая летальность стали причиной изучения возможности создания искусственного пищевода из желудка и сформированных из него трансплантатов.

В статье рассмотрены основные вехи развития желудочной эзофагопластики в России в 20-х–50-х гг. ХХ века и проанализированы основополагающие работы отечественных ученых, сделавших большой вклад в разработку этого перспективного направления. В результате исследований ряда российских хирургов считавшаяся ранее почти невозможной суб- и тотальная эзофагопластика желудком к концу 50-х гг. ХХ века превратилась в один из методов выбора хирургического лечения пациентов с рубцовыми стриктурами и раком пищевода и встала в один ряд с эзофагопластикой тонкой и толстой кишкой.

Идея создания искусственного пищевода из собственных тканей организма получила свое воплощение в конце XIX – начале XX вв., когда были предложены, в основном разработаны в эксперименте и стали применяться в клинике различные способы кожной, кишечной и комбинированной кишечно-кожной эзофагопластики при рубцовых стриктурах и раке пищевода [29]. Однако сложность, многоэтапность и ненадежность этих операций, большое число тяжелых осложнений и высокая летальность стали причиной изучения возможности осуществления более простого способа эзофагопластики с использованием желудка в качестве трансплантата [1; 4; 13; 20]. Большую роль в разработке этого перспективного направления сыграли отечественные ученые, но их вклад в решение проблемы желудочной эзофагопластики изучен недостаточно.

После того, как в начале 1910-х гг. известный российский хирург Я.О. Гальперн разработал и осуществил в эксперименте свой способ тотальной антеторакальной эзофагопластики антиперистальтической трубкой, сформированной из большой кривизны желудка [7], появились и другие оригинальные исследования отечественных ученых на эту тему. В 1926 г. А.В. Григорьев [9] опубликовал работу о применении в клинике нового способа пластики пищевода изоперистальтическим желудочным трансплантатом, который он предложил, по-видимому, независимо от Rutkowski, разработавшего свою операцию в эксперименте в 1923 г. [4]. Необходимо отметить, что в ряде исследований по истории хирургии пищевода [4; 25] имя А.В. Григорьева лишь упоминается среди авторов желудочной эзофагопластики, но анализа предложенной им операции до сих пор сделано не было. По словам самого А.В. Григорьева, подробных сведений о методике и технике пластики пищевода в доступной литературе ему найти не удалось, и поэтому он, основываясь на идее Я.О. Гальперна, решил сформировать у больной с ожоговой стриктурой пищевода желудочную трубку, но не анти-, а изоперистальтическую, с питанием за счет правых желудочно-сальниковых сосудов, и провести ее в подкожном тоннеле до шеи. Эту операцию А.В. Григорьев сделал в ноябре 1923 г. Приводим ее авторское описание.

Разрез влево от мечевидного отростка у самого угла ребер до пупка. Желудок отделен от брюшной стенки (приращение после гастростомии). Большая кривизна его отделена от прикрепления бол. сальника и селезеночн. связки, после чего нижняя его часть и дно свободно выведены в брюшную рану. Брюшная полость закрыта марлевыми салфетками. По линии предполагаемого разреза на желудок наложены клеммы. Перпендикулярно к большой кривизне в области дна желудка сделан разрез обоих стенок его в толщу на 5 сант. От конца этого разреза, параллельно большой кривизне и по направлению к привратнику, выкроена трубка. По мере выкраивания ее делались примерки на высоту. Не доходя 5 сант. до привратника, разрез закончен для того, чтобы не сузить его и чтобы оставить приемник для пищи. В это время трубка без натяжения доходила до ключицы, с большим натяжением – значительно выше. Но при этом желудок resp. привратник слегка перекручивался вокруг продольной оси: снизу – вперед – вверх. Без натяжения трубка впадала в желудок под острым углом и задняя стенка ее (бывшая часть передней стенки желудка) провисала в просвет. Затем под кожей груди был устроен туннель, трубка протянута с легким натяжением. Остаток желудка зашит двухэтажным швом, к нему подшит б. сальник. Таким же швом внизу зашита трубка, а вверху одноэтажным. Ее просвет не менее 4 сант. Брюшная полость зашита. Опер. под хлороформом. Заживление per. prim.



Как видно из этого протокола и приведенной А.В. Григорьевым схемы операции (рис. 1), после выкраивания трансплантата часть тела, кардиальный и пилорический отделы желудка остались на месте, т.е., связанными с нативным пищеводом и двенадцатиперстной кишкой. А.В. Григорьев предварительно не проверял свою идею в экспериментах на трупах или животных, и, скорее всего, поэтому он получил неудовлетворительный результат: после операции у его пациентки практически сразу возникла механическая непроходимость трансплантата на уровне пилорического отдела желудка. Улучшению проходимости искусственного пищевода не помогло и повторное вмешательство в виде эксцизии привратника. На этом основании А.В. Григорьев сделал вывод о непригодности данного способа эзофагопластики, в результате которого, по его мнению, вместо одного нефункционирующего органа получается два.



Рис. 1. Схема операции А.В. Григорьева
(оригинальный рисунок из статьи 1926 г.).


Но при внимательном изучении работы А.В. Григорьева становится более или менее понятным, почему он потерпел неудачу. Из-за того, что А.В. Григорьев сильно подтянул трансплантат кверху, желудочная трубка расположилась так, что ее передняя стенка развернулась вправо и кзади, при этом возникли и другие анатомические аномалии: пилорический отдел желудка повернулся по своей продольной оси большой кривизной кпереди и кверху, а трансплантат сложился у своего основания под углом к стенке желудка. По-видимому, все вместе это и вызвало непроходимость искусственного пищевода.

Сегодня ясно, что категоричный вывод А.В. Григорьева о непригодности изоперистальтической желудочной трубки для пластики пищевода был ошибочным. Если бы А.В. Григорьев догадался полностью отсечь такую трубку от остальных отделов желудка, то трансплантат расположился бы в оптимальной позиции, а пилорический отдел и двенадцатиперстная кишка стали бы его естественным продолжением. Правда, в таком случае возникла бы другая проблема – что делать с остатком желудка и нативным пищеводом. Этот вопрос вскоре был успешно решен выдающимся отечественным хирургом П.А. Герценом.

В январе 1933 г. П.А. Герцен на заседании Московского хирургического общества доложил о выполненной им антеторакальной эзофагопластике желудком у больной раком пищевода по модифицированной методике Киршнера [8]. Эта модификация заключалась в том, что П.А. Герцен не отсек желудок от пищевода, а пересек его по линии, идущей косо вниз и вправо от дна к середине малой кривизны. Таким образом, участки желудка, наиболее опасные в плане нарушения кровоснабжения, были исключены из трансплантата (рис. 2).



Рис. 2. Схема операции П.А. Герцена (реконструкция авторов): а – пересечение желудка и мобилизация двенадцатиперстной кишки; б – поперечное надсечение желудочного трансплантата; в – сформированный трансплантат с гастростомой на верхнем конце и анастомоз культи желудка с тощей кишкой.


Для удлинения трансплантата П.А. Герцен мобилизовал двенадцатиперстную кишку по Кохеру и сделал один поперечный надрез через рану, образовавшуюся после пересечения желудка (П.А. Герцен считал возможным при необходимости делать несколько таких надрезов). После растягивания трансплантата по оси и ушивания раны образовалась изоперистальтическая желудочная трубка, только значительно более широкая, чем это стали делать в последующем. Источниками кровоснабжения трансплантата служили правые желудочные и желудочно-сальниковые сосуды. Связанный с пищеводом остаток желудка П.А. Герцен анастомозировал с петлей тонкой кишки бок-в-бок, и этим довольно просто решил проблему дренирования нативного пищевода. Трансплантат был проведен под кожей груди до уровня ключицы, на верхнем его конце была образована стома, через которую больная стала питаться с помощью зонда. Оставалось только вторым этапом соединить шейный отдел пищевода с желудочной трубкой. П.А. Герцен подчеркивал простоту и быстроту желудочной эзофагопластики, что было особенно важно у больных раком пищевода, часто не доживавших до окончания всех этапов при использовании других разработанных к тому времени способов пластических операций.

В ряде работ по истории хирургии пищевода, начиная с исследования С.С. Юдина (1954), приводятся сведения о том, что данный способ эзофагопластики впервые применил А.Н. Бакулев в 1934 г. у пациентки с ожоговой стриктурой пищевода [1; 13], но на самом деле А.Н. Бакулев только видоизменил операцию П.А. Герцена. Пересечение желудка и формирование трансплантата А.Н. Бакулев произвел примерно так же, как П.А. Герцен (рис. 3), но оставшуюся связанной с пищеводом часть желудка он анастомозировал не с тощей, а с двенадцатиперстной кишкой по типу конец-в-бок. Вторым этапом был наложен эзофагогастроанастомоз на шее. В 1948 г., то есть, через 14 лет после операции, эта пациентка была демонстрирована на заседании Московского хирургического общества, – результат у нее был отличным [11; 15; 29].

В 30-е гг. ХХ века трансплевральные операции на грудном отделе пищевода оставались еще недостижимыми ввиду отсутствия эффективных методов борьбы с шоком, кровотечением, инфекцией и операционным пневмотораксом, а также в связи с низким уровнем анестезиологии того времени [4; 16]. Поэтому ученые продолжали разрабатывать внеплевральные доступы к пищеводу для его резекции по поводу рака с одномоментной эзофагопластикой желудком.





Рис. 3. Схема операции А.Н. Бакулева (оригинальный рисунок 1954 г.).



Так, в 1937 г. Н.Ф. Березкин опубликовал свой способ резекции нижней трети пищевода и кардии через комбинированный задний внеплевральный доступ, который он назвал медиастинолапаротомией [3]. В сущности Н.Ф. Березкин соединил в один общий доступ в виде перевернутой буквы «Г» два внеплевральных доступа, которые В.П. Вознесенский разработал в эксперименте для той же цели еще в 1908 г. [5]. Но если В.П. Вознесенский считал эту операцию слишком травматичной, чтобы предлагать ее для выполнения в клинике, то Н.Ф. Березкин после проведения экспериментов на трупах оперировал 3 больных, причем в 2 случаях ему удалось резецировать пищевод и кардию с одномоментным наложением эзофагогастроанастомоза, но, к сожалению, все пациенты умерли вскоре после операции от плевральных осложнений, и в дальнейшем операция Н.Ф. Березкина распространения не получила.

Все же решение использовать для суб- и тотальной пластики пищевода как целый желудок, так и сформированные из него трубчатые трансплантаты в 30-х гг. ХХ века, по-видимому, было слишком большим психологическим барьером, который не могли преодолеть многие хирурги. Тем более, что такой авторитетный специалист в вопросах эзофагопластики, как С.С. Юдин, довольно резко критиковал операции создания искусственного пищевода из желудка по способам Киршнера (1920), Кюммеля (1921) и Финка [26]. В 1942 г. сотрудник С.С. Юдина Е.Е. Юрасов в статье, посвященной выбору метода эзофагопластики [30], сделал следующий вывод: «Пластика пищевода из желудка (из части его или из целого желудка) должна быть оставлена как рискованная операция, не имеющая никаких положительных сторон» (Цит.: Юрасов Е.Е. Выбор метода пластики искусственного пищевода.– Анналы Института им. Н.В. Склифосовского.– М., 1942.– С. 226.). Такая установка клиники С.С. Юдина должна была оказывать значительное сдерживающее влияние на других ученых, занимавшихся в то время хирургией пищевода.

Во время Великой отечественной войны 1941–1945 гг. исследования по проблеме хирургии пищевода в нашей стране продолжались только в немногих клиниках. Большую роль в усовершенствовании техники удаления рубцовоизмененного и пораженного раковой опухолью пищевода без торакотомии сыграл А.Г. Савиных (1944), применивший для этого свой оригинальный трансдиафрагмальный доступ и специальные особо длинные инструменты [21]. В 1944 г. К.П. Сапожков опубликовал статью, в которой описал модификацию разрабатываемой им с 1929 г. операции инвагинации пищевода при раке его нижней трети – он стал пересекать пищевод выше опухоли и удалять желудок вместе с дистальным отрезком пищевода, а затем выворачивать и удалять только слизистую оболочку грудного отдела пищевода с помощью специального зонда [22]. В конце этой статьи К.П. Сапожков отметил, что лучшим способом пластики пищевода он считает способ Гальперна-Жиану, и полагает возможным на завершающем этапе операции проводить на шею антиперистальтическую желудочную трубку через оставшийся мышечный футляр пищевода. Эта оригинальная идея К.П. Сапожкова была реализована в 1996 г. В.И. Оноприевым и В.М. Дурлештером [14], которые у пациента с кардиоспазмом IV ст. после удаления слизистой оболочки пищевода успешно провели на шею через оставшийся мышечный футляр толстокишечный трансплантат. В 2002 г. А.Н. Гаджиев [6] предложил таким же образом проводить на шею изоперистальтическую желудочную трубку, а в 2005 г. Г.К. Жерлов и соавт. [10] опубликовали способ эзофагопластики, аналогичный способу А.Н. Гаджиева, но, в отличие от него, привели положительные результаты клинического применения этой операции.

Сразу после окончания Великой Отечественной войны российские хирурги, накопившие большой опыт операций при разнообразных ранениях органов грудной полости, приступили к решению насущной проблемы прямых трансплевральных хирургических вмешательств на грудном отделе пищевода. В апреле 1945 г. В.И. Казанский сделал первую в СССР одномоментную резекцию пищевода с внутриплевральной пластикой желудком через левосторонний трансторакальный доступ, но оперированная им больная умерла на 21-й день после операции от истощения [12]. Первые в нашей стране успешные операции подобного рода осуществил в 1946 г. Б.В. Петровский [16], который также использовал широкую левостороннюю торакотомию со вскрытием диафрагмы.

Успехи, достигнутые В.И. Казанским и Б.В. Петровским, послужили причиной того, что внутриплевральные операции при раке и ожоговых стриктурах пищевода с одномоментной пластикой желудком в конце 1940-х – начале 1950-х гг. почти одновременно начали выполнять в разных городах нашей страны такие прогрессивные хирурги, как Н.М. Амосов, Е.Л. Березов, А.А. Вишневский, С.В. Гейнац, М.С. Григорьев, А.В. Гуляев, Н.Н. Еланский, Б.А. Королев, П.А. Куприянов, Б.Э. Линберг, И.С. Мгалоблишвили, А.В. Мельников, Б.В. Милонов, Б.А. Петров, М.А. Подгорбунский, А.А. Полянцев, В.И. Попов, Б.С. Розанов, А.А. Русанов, А.И. Савицкий, А.Г. Соловьев, И.М. Стельмашонок, Ф.Г. Углов, А.С. Чечулин и др. В этот период был сделан ряд новых достижений. Так, И.М. Стельмашонок в 1950 г. первым успешно выполнил одномоментную резекцию пищевода и тотальную эзофагопластику изоперистальтической желудочной трубкой через комбинированный торакофренолапаротомный доступ слева с эзофагогастроанастомозом на шее [23]. Желудочный трансплантат он сформировал примерно таким же образом, как П.А. Герцен и А.Н. Бакулев, т.е., резецировал кардию, часть дна и малой кривизны, а затем провел образовавшуюся трубку на шею в ложе удаленного пищевода. В 1953 г. А.А. Полянцев доложил об операции наложения высокого внутриплеврального обходного анастомоза пищевода с желудком [18], другими словами, это была первая внутриплевральная субтотальная пластика целым желудком при ожоговой стриктуре пищевода в нашей стране. Вскоре значительно изменились и взгляды С.С. Юдина на желудочную эзофагопластику [27; 28]. Так, в 1954 г. он писал: «Теперь мы несомненно сделали бы… трансторакальную одномоментную операцию, соединив низко расположенный слепой мешок <пищевода> или с выделенной тощей кишкой, или, вернее всего, с мобилизованным желудком»( Цит.: Юдин С.С. Опыт трансплевральной пластики пищевода из тощей кишки // Вестн. хирургии им. Грекова.– 1954.– Т. 74.– № 5.– С. 26. ).

В 1956 г. в Ленинграде состоялся VI пленум Правления Всесоюзного общества хирургов, на котором первым программным вопросом было хирургическое лечение рака пищевода и кардии в свете отдаленных результатов. Большое значение VI пленума состояло в том, что на нем были подведены итоги первых 10 послевоенных лет развития хирургии пищевода в СССР. Рядом ведущих хирургов на пленуме был доложен очень большой опыт выполненных трансплевральных резекций пищевода с одномоментной пластикой желудком.

Однако, первоначальный энтузиазм в осуществлении подобных одномоментных вмешательств вскоре значительно снизился из-за высокой послеоперационной летальности, достигавшей 40–50% и более. Несостоятельность пищеводно-желудочного соустья и гнойные легочно-плевральные осложнения оказались очень трудно преодолимой проблемой. Это заставило некоторых хирургов ограничить показания к резекции пищевода с одномоментным внутриплевральным эзофагогастроанастомозом и выполнять их только при раке нижнегрудного отдела пищевода. При раке средне- и верхнегрудного отдела пищевода предлагалось выполнять более безопасную операцию Добромыслова-Торека с отсроченной эзофагопластикой по Ру-Герцену-Юдину [2; 17; 19].

В конце рассматриваемого периода большим достижением стала работа В.В. Сумина [24], успешно выполнившего в 1957 г. двум больным с ожоговыми стриктурами пищевода одномоментную тотальную загрудинную эзофагопластику изоперистальтической желудочной трубкой по модифицированному способу Rutkowski - А.В. Григорьева. Предварительно В.В. Сумин провел обширные анатомические исследования с сосудистыми наливками желудка на трупах взрослых и детей. Разработанная им методика эзофагопластики включала удаление селезенки «по пульпе», а также перевязку и пересечение селезеночной артерии и вены в области хвоста поджелудочной железы, что позволяло улучшить питание верхнего конца трансплантата. Изоперистальтический стебель шириной 3–4 см В.В. Сумин начинал формировать, отступив на 5–7 см от кардии, а заканчивал, не доходя 10–12 см до привратника, при этом ему удавалось получить трансплантаты длиной от 36 до 42 см. Это позволяло без натяжения соединять изоперистальтическую желудочную трубку не только с шейным отделом пищевода, но и с глоткой. По словам автора, главное преимущество данного способа эзофагопластики заключается в одномоментности создания искусственного пищевода. Главным недостатком пластики пищевода изоперистальтической желудочной трубкой В.В. Сумин считал необходимость наложения множества швов, но этот недостаток, по его мнению, можно устранить путем использования механических сшивающих аппаратов. Как показало время, В.В. Сумин оказался прав – разработка, усовершенствование и широкое внедрение разнообразных хирургических сшивающих аппаратов сыграли очень большую роль в последующем развитии желудочной эзофагопластики [4].

Таким образом, благодаря настойчивым исследованиям российских ученых считавшаяся ранее почти невозможной суб- и тотальная желудочная эзофагопластика (подкожная, загрудинная, внутриплевральная, заднемедиастинальная) к концу 50-х гг. ХХ века превратилась в один из методов выбора хирургического лечения пациентов с рубцовыми стриктурами и раком пищевода и встала в один ряд с эзофагопластикой тонкой и толстой кишкой. Это стимулировало дальнейшую работу по совершенствованию способов желудочной эзофагопластики в нашей стране в 60-х–70-х гг. ХХ века.


Литература

  1. Авдюничев В.И. Хирургическое лечение рака грудного отдела пищевода и кардии.– Томск, 1970.– 208 с.: ил.
  2. Амосов Н.М. Выступление в прениях. – Тр. VI пленума правления Всесоюзн. научн. об-ва хирургов. Хирургическое лечение рака пищевода и кардии.– Ленинград, 22–24 ноября 1956 г.– Ленинград, 1957.– С. 144–145.
  3. Березкин Н.Ф. Медиастинолапаротомия как опыт оперативного подхода к кардии и нижнему отрезку пищевода (предварительное сообщение) // Хирургия.– 1937.– № 11.– С. 119–127.
  4. Ванцян Э.Н., Скобелкин О.К. Восстановительная хирургия пищевода с использованием желудка.– Ташкент: Медицина, 1975.– 176 с.: ил.
  5. Вознесенский В. П. К вопросу об образовании искусственного пищевода / Работы госпитальной хирургической клиники проф. П.И. Дьяконова.– Т. XV.– М.,1908.– С. 3–26.
  6. Гаджиев А.Н. Способ хирургического лечения кардиоспазма пищевода IV стадии.– Патент РФ № 2185107 от 20.07.2002 г.
  7. Гальперн Я.О. К вопросу об эзофагопластике.– XII съезд российских хирургов. Москва, 19–22 декабря 1912 г.– М., 1913.– С. 113–115.
  8. Герцен П.А. Случай антеторакальной пластики пищевода путем перемещения желудка // Нов. хирургич. архив.– 1933.– Т. 28.– кн. 2.– № 3.– С. 264–265.
  9. Григорьев А.В. Образование искусственного пищевода по способу проф. Гальперна // Врачебное дело.– 1926.– № 4.– С. 400–402.
  10. Жерлов Г.К., Кошель А.П., Райш Д.В. Хирургическое лечение ахалазии кардии IV степени // Хирургия.– 2005.– № 11.– С. 42–46.
  11. Жмур В.А. Операции на пищеводе / Клинические очерки оперативной хирургии (по материалам хирургической клиники им. акад. С.И. Спасокукоцкого). 2-е изд. / Бакулев А.Н. (Ред.).– М.: Медгиз, 1954.– С. 165–168.
  12. Казанский В.И. Чрезплевральная резекция пищевода при раке.– М.: Медгиз, 1948.– 104 с.: ил.
  13. Коломийченко М.И. Реконструктивная хирургия пищевода – Киев: Здоров'я, 1967.– 410 с.: ил.
  14. Оноприев В.И., Дурлештер В.М. Способ хирургического лечения ахалазии пищевода. – Патент РФ № 2143234 от 27.12.1999 г.
  15. Панников П.А. Демонстрация больной после денервации желудка 14-летней давности // Хирургия.– 1948.– № 7.– С. 93–94.
  16. Петровский Б.В. Хирургическое лечение рака пищевода и кардии.– М.: Издательство АМН СССР, 1950.– 172 с.; илл.
  17. Петровский Б.В. Отдаленные наблюдения после операции по поводу рака пищевода и рака кардии.– Труды VI пленума правления Всесоюзного научного общества хирургов, Ленинград, 22–24 ноября 1956 г.– Ленинград, 1957.– С. 30–40.
  18. Полянцев А.А. Высокий обходной эзофагогастроанастомоз как метод лечения больных с рубцовыми сужениями пищевода // Хирургия.– 1953.– № 8.– С. 67–71.
  19. Полянцев А.А. О правостороннем доступе к грудному отделу пищевода и обработке его култьи // Вестн. хирургии им. Грекова.–1954.– № 4.– С. 76–80.
  20. Попов В.И., Филин В.И. Восстановительная хирургия пищевода.– М.: Медицина, 1965.– 312 с.: ил.Савиных А.Г. Удаление и восстановление грудного отдела пищевода // Хирургия.– 1944.– № 10.– С. 74–84.
  21. Савиных А.Г. Удаление и восстановление грудного отдела пищевода // Хирургия.– 1944.– № 10.– С. 74–84.
  22. Сапожков К. П. Демукозация пищевода при операции удаления раков его диафрагмального отдела и кардии (предварительное сообщение) // Хирургия.– 1944.– № 8.– С. 69–72.
  23. Стельмашонок И.М. Новый способ пластики пищевода // Хирургия.– 1951.– № 5.– С. 47–49.
  24. Сумин В.В. Тотальная пластика пищевода изоперистальтическим стеблем из большой кривизны желудка.– Грудная и неотложная хирургия.– Горький, 1960.– С. 549–568.
  25. Филин В.И. Попов В.И. Восстановительная хирургия пищевода.– Л.: Медицина, 1973.– 304 с.: ил.
  26. Юдин С.С. Некоторые впечатления и размышления о 80-ти случаях операций искусственного пищевода // Нов. хирургич. архив.– 1941.– Т. 49.– Кн. 1–2.– С. 121–157.
  27. Юдин С.С. Опыт трансплевральной пластики пищевода из тонкой кишки // Вестн. хирургии.– 1954.– Т. 74.– № 5.– С. 25–35.
  28. Юдин С.С. О современных методах восстановительных операций при непроходимости пищевода // Хирургия.– 1954.– № 1.– С. 95–107.
  29. Юдин С. С. Восстановительная хирургия при непроходимости пищевода.– М.: Медгиз, 1954.– 272 с.: ил.
  30. Юрасов Е.Е. Выбор метода пластики искусственного пищевода.– Анналы Института им. Н.В. Склифосовского.– 1942. – С. 217–226.
Чтобы оставить комментарий, зарегистрируйтесь и войдите через свою учетную запись.
Комментарии